Вороненок

Мы снова ходили в парк. Там везде уже цветут черешни, пахнут белые ландыши. Красиво и весело там.

Я соскучился по качелям и присел на них, чтобы отдохнуть. Вдруг что-то зашевелилось в кустах, зашелестело, и из-под листочков выдвинулось маленькое птичье крыло.

— Птичка, птичка, — закричал я ребятам.

— Это вороненок, — сказал отец, у него вывихнута ножка, он не может ходить.

Вороненок действительно не прыгал, а ползал по траве, опиравшись крылом. Мы присели к больной птички и каждый стал ее жалеть. Я вынул из сумки кусок хлеба, покрошил его и бросал в раскрытый клювик. Вороненок глотал пищу быстро и просил еще и еще.

Бедная, маленькая птичка, потерявшаяся или брошенная?

Долго старая ворона не прилетала к больному ребенку, и отец разрешил забрать вороненка домой.

Я спрятал птичку в шапку, и тот час повез ее к дяде Леонида, который во всем разбирается. Дядя что-то там придумал, положил вывихнутую ножку между тонюсенькими дощечками, и велел ухаживать за вороненком и кормить его.

Интересует новая соска для ребенка? Тогда вот вам соска medela в сети. Загляните.

С того вечера все наша жизнь стала крутиться вокруг больной птички. Я выискивал для нее вкусную еду, отец и мать часто заглядывали в клеточку к птице.

Так мы возились с вороненком две недели; тогда дядя Леонид снял дощечки с больной ножки и пустил птичку на землю. Вороненок замахало крылышками, сделало несколько шагов и выпрыгнуло на улицу.

— Будет ходить, — сказал дядя, — ножка спасена.

Это уже не был маленький, беспомощный птенец, а здоровая, сильная птица с черным, лоснящимся оперением.

Отец сказал: Не хорошо держать вороненка в доме, если он здоров, его надо отнести в парк и выпустить на волю.

Вчера вечером я в последний раз накормил птицу, погладил ее, положил в шапку и снова понес на то место, откуда забрал.

Прощай, вороненок! Я отпускаю тебя на волю, открывай широко крылья и летай с подругами, куда только хочешь.

Весь дом скучал по вороненку. Мама молча готовила ужин, отец сидел во дворе, курил и думал.

Вдруг отец поднялся и позвал: «Сынок, сынок, иди скорее!»

Мы все прильнули к деревянной калитки. Что-то черное поднялось на крыльях и кружилось вокруг наших голов. «Вороненок, вороненок, — закричал я радостно, — он хочет жить с нами, он наш»!

Кар, кар, прикаркнула птичка, и запорхнула в дом.